Горе от ума, действие четвёртое

У Фамусова в доме парадные сени; большая лестница из второго жилья, к которой примыкают многие побочные из антресолей; внизу справа (от действующих лиц) выход на крыльцо и швейцарская ложа; слева, на одном же плане, комната Молчалина. Ночь. Слабое освещение. Лакеииные суетятся, иные спят в ожидании господ своих.


«  Действие 3



Краткое содержание

Появившийся позже всех на балу Репетилов пока не в курсе сплетни и оживленно беседует с Чацким, приглашая его в «секретнейший союз». Чацкий, устав от его болтовни, отходит, а Загорецкий рассказывает Репетилову о последних новостях. Тот долго не верит в сплетни о сумасшествии своего давнего знакомого, но все присутствующие уверяют, что это правда. Чацкий случайно слышит весь разговор. Он потрясен предательством тех, кого считал своими хорошими знакомыми. Он спешит к Софье в надежде, что она еще не слышала этих мерзких сплетен.

Гости разъезжаются, Чацкий прячется за колонной, ожидая, когда Софья пройдет к себе в комнату. А Софья уже давно у себя и посылает Лизу, как обычно, за Молчалиным. Горничная пробирается сквозь темный холл со свечой и стучит в комнату к секретарю. Тот вновь проявляет интерес к хорошенькой горничной, объясняя, что в Софье Павловне нет и половины тех достоинств, которые он ценит в Лизе. Не стесняясь, он говорит, что жениться на хозяйской дочери он и не думает, думает только, как «время проволочить». Эти слова слышат и Чацкий, притаившийся за колонной, и Софья, спустившаяся по лестнице вслед за своей служанкой.

А Молчалин продолжает рассуждать, что это его отец когда-то учил «угождать всем людям без изъятья». Вот, дескать, он и принимает вид любовника «в угодность дочери такого человека». Софья больше не может это слышать, не выдерживает и высказывает все, что она думает о его низости. Молчалин пытается вымолить прощение на коленях, объясняя, что все его слова якобы только шутка, но Софья остается непреклонной: она требует, чтобы тот сегодня же навсегда покинул дом своего благодетеля.

Чацкий с горечью говорит Софье, как обманулся он в ней и в своих ожиданиях: она променяла его на ничтожного Молчалина. В это время со свечами прибегает Фамусов с толпою слуг. Он потрясен тем, что Софья вместе с Чацким, которого совсем недавно «безумным называла». Эти слова становятся еще одним ударом для юноши: он называет себя «слепцом», «расточителем нежных слов», но все это было напрасно, потому что Софья не ответила на его чувства. Он произносит свой прощальный монолог, в котором с упреком спрашивает, почему любимая девушка сразу не дала понять, что он ей противен. Тогда бы он ни минуты не остался в этом доме, ведь он на все был готов ради нее.

Фамусов разгневан, даже грозится отправить дочь-»срамницу» к тетке в деревню, «в глушь, в Саратов».

Но Чацкий не уверен, что этим угрозам суждено будет сбыться, предрекает, что Софья еще помирится с Молчалиным, ведь такие, как он, и «блаженствуют на свете». А в московском обществе гораздо удобнее иметь «мужа-мальчика», «мужа-слугу» (он уже увидел это на примере Натальи Дмитриевны и Платона Михайловича), поэтому на такую роль как нельзя лучше и подходит Молчалин.

Александр Андреевич, обращаясь ко всем присутствующим, заявляет, что его окружает «мучителей толпа», что он испытал уже «мильон терзаний», что в таком обществе на самом деле трудно остаться в здравом рассудке. Он клянется, что больше никогда не вернется ни в этот дом, ни в Москву, после чего уезжает навсегда.

Все молчат, потрясенные услышанным, и только Павла Афанасьевича Фамусова заботит, что на следующий день будут говорить обо всей этой истории в высшем свете, особенно «княгиня Марья Алексевна».