![]() Русская и мировая классика Переводы и оригиналы |
Уже два с половиной года прошло с того дня, как смелые беглецы из Ричмонда потерпели крушение на воздушном шаре, который их выбросил на остров Линкольна. Все это время они были отрезаны от остального мира. Однажды Спилетт попытался дать весть о судьбе обитателей Линкольна, привязав к шее альбатроса подробное письмо, но никто не мог рассчитывать на удачу. К маленькой колонии — при известных читателю обстоятельствах — за это время присоединился лишь Айртон. Других людей они не видели, но постоянно думали о них, давно уже ждали. И вот теперь, 17 октября, возле острова появились другие люди…
На зов Герберта и Смита прибежали остальные колонисты. Пенкроф первый схватил подзорную трубу, поспешно оглядел горизонт и обнаружил черную точку как раз в том месте, где на фотографической пластинке виднелось еле заметное пятнышко.
— Тысячу чертей! В самом деле корабль! — проговорил он голосом, не выражавшим особенной радости.
Нельзя было еще разобрать, приближается ли корабль. Оставалось только ждать.
Целый рой мыслей и чувств зашевелился у каждого. Мешались, спутывались надежда и страх, радость и какая-то смутная печаль. В самом деле, колонисты не были в положении людей, выкинутых на пустынную землю, принужденных изо дня в день вести тяжелую борьбу за существование. Им незачем было ждать других людей как избавителей от злосчастного житья. В особенности Пенкроф и Наб по доброй воле не расстались бы с островом, на котором они чувствовали себя так привольно и счастливо. Да и остальные уже свыклись, сжились с землей, которую они своим трудом и знаниями превратили в культурное поселение. Но, с другой стороны, корабль нес вести из цивилизованных стран. Быть может, это была частичка их родины, которая шла им навстречу…
Время от времени Пенкроф снова брал трубу, но корабль был еще так далеко, что не увидел бы никакого сигнала с острова, не услышал бы даже выстрелов.
Корабль же, несомненно, видел остров Линкольна с его горою. Но зачем этот корабль плыл к этой никому не известной земле, лежащей в стороне от путей, которых держатся суда, направляющиеся к Полинезийским островам, к Новой Зеландии и берегам Америки?
Этот вопрос вставал перед каждым членом.
— Уж не «Дункан» ли это? — вдруг воскликнул Герберт.
Читатель, надеемся, не забыл, что так называлась яхта лорда Гленарвана, с которой высадили Айртона на Табор и которая в свое время должна была за ним приплыть. Весьма возможно, что яхта, направляясь к Табору, проходила мимо Линкольна. А ведь этот островок находится довольно близко от острова Линкольна, и судно, державшее курс на остров Табор, так или иначе пройдет в виду колонистов. Оба острова разделяет всего сто пятьдесят миль по меридиану и семьдесят пять по параллели.
— Надо позвать Айртона, — сказал Спилетт. — Он один может решить, «Дункан» это или нет.
Спилетт тотчас же отправил Айртону депешу:
«Приходите как можно скорее».
Через несколько минут раздался ответный звонок.
«Иду», — телеграфировал Айртон.
— Если это «Дункан», — сказал Герберт, — то Айртон тотчас же его узнает, ведь он на нем плавал.
— Сердце-то у него, надо полагать, дрогнет! — прибавил Пенкроф.
— Да, — отвечал Смит, — но теперь Айртон может смело сказать, что он другой человек… Он искупил свое прошлое. Дай бог, чтобы это была яхта лорда Гленарвана! Всякое другое судно показалось бы мне подозрительным. Я боюсь, как бы наш остров не посетили малайские пираты…
— Мы его будем защищать! — воскликнул Герберт.
— Конечно будем, дитя мое, — отвечал, улыбаясь, инженер, — но лучше, если бы не пришлось…
— Позвольте мне сделать одно замечание, — сказал Спилетт. — Остров Линкольна не занесен даже на самые новейшие карты; следовательно, он совершенно неизвестен морякам, и мне кажется, что каждое судно, завидев новую землю, естественно, пожелает осмотреть ее.
— Что правда, то правда, — сказал Пенкроф.
— Я тоже так думаю, — сказал инженер. — По-моему, это даже прямой долг капитана корабля.
— Ну, положим, корабль бросит якорь около острова, — сказал Пенкроф. — Что нам тогда делать?
Вопрос минуты две-три оставался без ответа; затем Смит сказал со свойственным ему спокойствием:
— Мы сделаем вот что, друзья мои: мы войдем в переговоры с этим кораблем, займем на нем места и покинем остров Линкольна, который мы объявим владением Соединенных Штатов. Затем мы снова сюда приедем, захватив с собой всех тех, кто захочет следовать за нами, чтобы превратить наш остров в колонию. Я надеюсь, много найдется людей, которые пожелают принести в дар Американской Республике возделанную территорию в этой части Тихого океана!
— Ура! — воскликнул Пенкроф. — Мы своей стране преподнесем немалый подарок! Ведь колонизация острова, как это называет господин Спилетт, уже окончена: мы дали имена всем мысам, заливам, бухтам, горам и рекам, открыли порт, запасы пресной воды, мы проложили дороги, устроили телеграф, построили мельницу, завод; теперь остается только занести Линкольн на географические карты.
— А если во время нашего отсутствия кто-нибудь завладеет Линкольном? — заметил Спилетт.
— Тысячу чертей! — воскликнул Пенкроф. — Да я лучше останусь сторожить его один-одинешенек.
— Один-одинешенек, Пенкроф?
— Да! И ручаюсь, что у меня его не стащат, как часы из кармана какого-нибудь ротозея!
Еще целый час колонисты не могли решить, направлялось судно к Линкольну или нет; судно между тем все приближалось.
— Только бы мне распознать, каким галсом оно идет! — говорил Пенкроф. — Да ничего не рассмотришь в такой дали! Ветер-то тянет, впрочем, с северо-востока, и надо полагать, что оно идет правым галсом… Ветер подгоняет его прямо к Линкольну, а море такое тихое, что ему нечего опасаться, хотя глубина и не промерена.
Около четырех часов, ровно через час после вызова, в Гранитный дворец, явился Айртон.
— Айртон, мы вас звали по важному делу: какой-то корабль на горизонте.
Айртон слегка побледнел; глаза его как будто затуманились. Но он скоро овладел собой и, наклонясь к окну, окинул взглядом все видимое пространство.
— Я ничего не вижу, — проговорил он.
— Возьмите подзорную трубу, — сказал Спилетт, — и присмотритесь хорошенько, Айртон: очень может быть, что это «Дункан», который должен вас взять и отвезти на родину.
— «Дункан»! — прошептал Айртон. — Уже!
Последнее слово вырвалось как бы невольно из уст Айртона; он обеими руками взялся за голову и крепко ее сжал.
— Нет. Это не «Дункан»!
— Посмотрите еще раз, посмотрите хорошенько, — сказал инженер. — Дело очень важное. Вы понимаете: надо убедиться, что это за судно, и наперед знать, как действовать.
Айртон снова взял трубу. Несколько минут он неподвижно, безмолвно наблюдал, затем сказал решительно:
— Да, это корабль, но не «Дункан».
— Почему же вы заключаете, что не «Дункан»? — спросил Спилетт.
— «Дункан» — паровая яхта, а я не вижу никакого дыма ни над судном, ни за судном.
— А может, оно идет под парусами? — заметил Пенкроф. — Ветер ему попутный, а если ветер попутный, так зачем ему даром изводить уголь? Он далеко от всякой земли и должен уголь беречь.
— Может, вы и правы, господин Пенкроф, — отвечал Айртон, — может, это паровое судно… Подождем, пока оно не подойдет к острову, тогда увидим.
Айртон отошел от окна и сел в углу. Колонисты продолжали высказывать разные предположения, но он не вмешивался в их беседу.
Все пришли в такое волнение, что были просто не в состоянии вернуться к прерванной работе. Особенно волновались Спилетт и Пенкроф; они не могли минуты усидеть на одном месте: ходили взад и вперед, из угла в угол, высовывались то из одного окна, то из другого. Герберта больше всего одолевало любопытство. Один Наб сохранял свое обычное спокойствие: его родина была там, где его господин.
Что касается инженера, то он был занят какими-то мыслями; в душе он скорее страшился, чем желал прибытия неизвестного корабля.
Корабль между тем все приближался. С помощью трубы уже можно было различить, что это был настоящий корабль, а не малайский прао, на котором плавают пираты Тихого океана. Позволительно было думать, что мрачные предчувствия инженера не подтвердятся и что появление этого корабля в водах, омывающих остров Линкольна, не грозит колонистам никакой опасностью.
— Ваши предчувствия, к счастью, не оправдались, Смит, — сказал Спилетт, — это не пираты…
— Я очень рад, Спилетт, — отвечал инженер.
— Это бриг, — сказал Пенкроф, еще раз всмотревшись в трубу, — и идет он левым галсом под нижними парусами… И идет к Линкольну… Поглядите-ка, Айртон.
Айртон подтвердил слова Пенкрофа.
— А вот что, — продолжал Пенкроф, — если бриг будет идти все левым галсом, он скоро скроется от нас за мысом Коготь, и нам тогда надо поскорее взобраться на скалы залива Вашингтона, около бухты Воздушного Шара…
— Да ведь уже пять часов, Пенкроф, — заметил Герберт, — скоро наступит темнота и нельзя будет наблюдать…
— Правда, правда!.. Экая досада! — вздохнул моряк.
— Да, — сказал Спилетт, — ночь скоро наступит, и что же тогда делать? Не зажечь ли огонь на вершине скалы и тем подать сигнал, что на острове есть люди?
Вопрос был чрезвычайно важный. Инженер, видимо, колебался, но, невзирая на эти колебания, ответил утвердительно. В продолжение ночи корабль мог уйти, а кто поручится, что когда-нибудь здесь появится другой? Кто мог предвидеть, что готовит колонистам будущее?
Но в ту самую минуту, как Пенкроф и Наб собирались спускаться из Гранитного дворца, судно переменило ход и пошло прямо к острову, направляясь к бухте Союза.
— Погодите, Пенкроф! — крикнул Спилетт. — Бриг повернул…
— Да, да, — сказал Пенкроф, поглядев в подзорную трубу. — Славный ходок этот бриг! Ишь как несется!
— Айртон, поглядите, не «Дункан» ли… Ведь шотландская яхта тоже так оснащена, — сказал Смит.
— Смотрите, есть ли труба между мачт, — сказал Пенкроф. — Я вот трубы-то не вижу…
Было еще светло, и бриг находился всего в десяти милях. Айртон скоро опустил трубу:
— Это не «Дункан». Это не может быть «Дункан»!
Пенкроф снова схватил трубу.
— Этот бриг, — говорил он, всматриваясь, — в триста, а то и в четыреста тонн… Постройка мастерская… Легок, должно полагать, на ходу и может летать птицей по морю…
— Какой страны? — спросил инженер.
— Не знаю… Флаг висит, да я не могу различить его цвета…
— Через полчаса узнаем, — сказал Спилетт. — Капитан, очевидно, намерен пристать к острову; следовательно, если не сегодня, то завтра наши сомнения разрешатся…
— Разумеется, разумеется, — отвечал Пенкроф, — а все же лучше заранее знать, с кем будешь иметь дело… И я бы не прочь распознать поскорее, под каким флагом идет этот молодец!
Разговаривая, моряк не опускал подзорной трубы и не переставал внимательно наблюдать.
Вечерело, и вместе с наступлением сумерек утихал ветер. Флаг брига повис, и теперь его труднее было различать между фалами.
— Это флаг не американский, — говорил время от времени Пенкроф, — и не английский… На английском флаге красное поле сразу бросается в глаза… И не французский, и не немецкий… Это и не русский… И не испанский, не желтый… Этот флаг словно одноцветный… Постойте, какие корабли больше всего плавают в этих местах?.. Не чилийский ли это флаг? Нет, чилийский трехцветный… Не бразильский ли?.. Бразильский — зеленый… Может, японский? Да нет, и не японский! Японский черный с желтым… А этот… этот…
В эту минуту порыв ветерка натянул неизвестный флаг. Айртон, схватив трубу, опущенную Пенкрофом, приставил ее к глазам и проговорил глухим голосом:
— Флаг черный!
Да, черный флаг развевался на бриге!
Неужто предчувствия инженера оправдались? Неужто это судно принадлежало пиратам? Зачем приближалось оно к Линкольну, чего искало у его берегов? Подходило оно к Линкольну как к неизвестной земле, которая, быть может, окажется удобным местом для хранения похищенных грузов? Или надеялось найти здесь приют на зимние месяцы? Неужели владение колонистов превратится в бесчестный вертеп, в стоянку разбойников Тихого океана?
Все эти мысли волновали колонистов. Сомнений не было: черный флаг мог развеваться только на судне пиратов.
Колонисты не стали терять время на рассуждения.
— Друзья мои, — сказал Смит, — быть может, это судно намерено только осмотреть берега острова; быть может, его экипаж не высадится на землю… Но, так или иначе, мы должны сделать все, чтобы разбойники не догадались о нашем присутствии. Наша ветряная мельница на плато Дальнего Вида сейчас же бросится им в глаза. Пусть Айртон и Наб немедля снимут крылья… Надо также получше прикрыть окна Гранитного дворца… Везде погасить огни… Пусть думают, что остров необитаем…
— А наш ботик? — сказал Герберт.
— О, ботик стоит в бухте Воздушного Шара, — отвечал Пенкроф, — и я ручаюсь, что этим негодяям его не отыскать.
Скоро Наб и Айртон уже снимали крылья с ветряной мельницы. Остальные принесли из леса огромное количество ветвей и лиан, которыми намеревались так прикрыть окна Гранитного дворца, чтобы издали представлялось, будто сама природа образовала все эти зеленые гирлянды и плетеницы. Затем приготовили оружие и боевые снаряды.
— Друзья мои, — голос Смита слегка дрожал, — если эти презренные люди вздумают завладеть островом, мы станем его защищать, не правда ли?
— Да, — ответил Спилетт, — и, если нужно, умрем, защищая наше владение!
Инженер протянул руку своим товарищам, которые с жаром ее пожали.
Один Айртон, снова отошедший в угол, не произнес ни слова. Быть может, он думал, что ему, бывшему каторжнику, не следует выказывать своих чувств.
Смит, угадывая, что происходит в его душе, подошел к нему и сказал:
— А вы, Айртон, что вы думаете делать?
— Я исполню свой долг, — отвечал Айртон.
Кругом все более и более темнело. Между тем бриг уклонился к северу, подхваченный приливом.
— Он уж входит в бухту Союза, — сказал Пенкроф. — Посмотрите: видите прямую линию от мыса Коготь до мыса Челюстей? Эта линия проходит уже западнее! Он, видно, хочет войти в бухту…
— Да, — сказал Спилетт, — желательно бы поскорее узнать намерения капитана этого брига. Быть может, он ограничится осмотром побережья, не будет высаживать экипаж на берег и отправится восвояси… Через час мы будем это знать. Остается ждать.
Зайдет ли бриг вглубь бухты? Вот какой вопрос особенно волновал колонистов. А зайдя в бухту, бросит ли он там якорь? Этот вопрос тоже мучил их. Возможно, он ограничится лишь осмотром побережья и уйдет в открытое море, не высадив на сушу экипаж? Ответ на этот вопрос будет дан меньше чем через час. Колонистам оставалось, таким образом, лишь одно — ждать.
Сайрес Смит с нескрываемой тревогой думал о подозрительном бриге, на мачте которого развевался черный флаг. Неужели он несет с собой угрозу их общему делу, делу их колонии, всему, чего они сумели добиться своим трудом? Неужели пираты (теперь уже не оставалось сомнения в том, что экипаж брига — это морские разбойники) посещали и раньше этот остров? Иначе, подплывая к нему, они не стали бы поднимать флаг. Высаживались ли они прежде на его берег? Если да, то это пролило бы свет на некоторые пока еще загадочные обстоятельства. Уж не укрываются ли где-нибудь на неисследованной части острова их сообщники, которые только и ждут высадки, чтобы присоединиться к своим дружкам? Ни на один из этих вопросов, которые Сайрес Смит задавал себе мысленно, он не находил ответа; он понимал только, что прибытие пиратского брига ставит колонистов перед лицом серьезной опасности.
Тем не менее его товарищи и он сам твердо решили сопротивляться до последней возможности. Как велико количество пиратов, превышают ли они численностью колонистов, насколько лучше вооружены пришельцы — вот что необходимо было узнать в первую очередь! Но как добраться до брига?
Спустилась ночь. Молодой месяц, померкший в лучах заката, уже исчез с небосвода. Глубокий мрак окутывал остров и море. Тяжелые тучи обложили горизонт, не пропуская ни единого луча света. С наступлением сумерек ветер совсем стих. На деревьях не шелестела листва, ленивые волны бесшумно набегали на берег. Корабль пропал во тьме, огни на нем затушили, и если он по-прежнему шел вблизи острова, уже невозможно было определить его местонахождение.
— Чего загодя тревожиться, — сказал Пенкроф. — Может, это проклятое судно пошло дальше и на рассвете мы его уж не увидим…
Как бы в ответ моряку во мраке блеснул огонек, затем раздался пушечный выстрел.
Между блеснувшим огоньком и выстрелом прошло всего шесть секунд; значит, бриг находился от берега всего в одной миле с четвертью.
В то же время колонисты услыхали звяканье цепей.
Бриг бросил якорь неподалеку от Гранитного дворца.
Часть 3.
Глава 1. Черный флаг
Роман «Таинственный остров» Ж. Верн
Искать произведения | авторов | цитаты | отрывки
Читайте лучшие произведения русской и мировой литературы полностью онлайн бесплатно и без регистрации, без сокращений. Бесплатное чтение книг.
Книги — корабли мысли, странствующие по волнам времени и бережно несущие свой драгоценный груз от поколения к поколению.
Фрэнсис Бэкон
Без чтения нет настоящего образования, нет и не может быть ни вкуса, ни слова, ни многосторонней шири понимания; Гёте и Шекспир равняются целому университету. Чтением человек переживает века.
Александр Герцен